Выбрать язык
Книги Ветхого Завета
Книги Нового Завета
без русского текстаAPOSTOLOIN RUAVOT | ДЕЯНИЯ АПОСТОЛОВ |
Lugu 21 | Глава 21 |
| 1Jälles tädä myö eroimmo heis, lähtimmö merdy myöte da tulimmo kohti Kos-suareh, a tossupiänny Rodossah, siepäi tulimmo Patarah. | 1Когда же мы, расставшись с ними, отплыли, то прямо пришли в Кос, на другой день в Родос и оттуда в Патару, |
| 2Pataras myö lövvimmö laivan, kudai oli matkal Finikieh. Myö menimmö sih da piäzimmö ielleh. | 2и, найдя корабль, идущий в Финикию, взошли на него и отплыли. |
| 3Konzu rubei nägymäh Kipru-suari, se jäi meis hurah puoleh, a myö matkaimmo Siirieh da nouzimmo randah Tiiran linnas; sie, näit, pidi purgua vedämizet laivaspäi rannale. | 3Быв в виду Кипра и оставив его слева, мы плыли в Сирию, и пристали в Тире, ибо тут надлежало сложить груз с корабля. |
| 4Sie myö lövvimmö opastujii i heijänke olimmo seiččie päiviä. Pyhän Hengen käskys hyö sanottih Puavilale, ku häi ei menis Jerusalimah. | 4И, найдя учеников, пробыли там семь дней. Они, по внушению Духа, говорили Павлу, чтобы он не ходил в Иерусалим. |
| 5Niilöin päivien mendyy myö lähtimmö ielleh. Kai opastujat, heijän mučoit i lapset kaimattih meidy linnan tuakse. Rannal kaikin heityimmö polvilleh da moliimmokseh. | 5Проведя эти дни, мы вышли и пошли, и нас провожали все с женами и детьми даже за город; а на берегу, преклонив колени, помолились. |
| 6Sit prostiimmokseh heijänke da istuimmokseh laivah, a hyö lähtiettih kodih. | 6И, простившись друг с другом, мы вошли в корабль, а они возвратились домой. |
| 7Tiiraspäi piäzimmö Ptolemaidah, sih loppih merimatku. Ptolemaidas kävyimmö tiijustamah uskovellii i olimmo heijänke sen päivän. | 7Мы же, совершив плавание, прибыли из Тира в Птолемаиду, где, приветствовав братьев, пробыли у них один день. |
| 8Tossupiänny lähtimmö siepäi da tulimmo Kesarieh i sie menimmö jevangelistan Hilipän luo da azetuimmo hänen kodih. Häi oli yksi niilöis seiččemes.*a | 8А на другой день Павел и мы, бывшие с ним, выйдя, пришли в Кесарию и, войдя в дом Филиппа благовестника, одного из семи диаконов, остались у него. |
| 9Hänel oli n'elli miehelemenemättömiä tytärdy, kudamat oldih Jumalan iänenkandajannu. | 9У него были четыре дочери девицы, пророчествующие. |
| 10Olimmo täs linnas jo erähän päivän, konzu sinne tuli Juudiespäi Agavu-nimelline Jumalan iänenkandai. | 10Между тем как мы пребывали у них многие дни, пришел из Иудеи некто пророк, именем Агав, |
| 11Häi tuli meijän luo, otti Puavilan vyön, sidoi sil iččeh käit da jallat i sanoi: «Pyhä Hengi sanou: 'Juuri nenga jevreit Jerusalimas sivotah se mies, kudaman tämä vyö on, da annetah händy Jumalua tundemattomien rahvahien käzih.'» | 11и, войдя к нам, взял пояс Павлов и, связав себе руки и ноги, сказал: так говорит Дух Святый: мужа, чей этот пояс, так свяжут в Иерусалиме Иудеи и предадут в руки язычников. |
| 12Tämän kuultuu myö yhtes Kesarien uskojienke rubeimmo kieldämäh Puavilua menemäs Jerusalimah. | 12Когда же мы услышали это, то и мы и тамошние просили, чтобы он не ходил в Иерусалим. |
| 13Puavil vastai: «Midä työ ruatto? Midä itkettö da halguatto minun syväindy? Minä olen valmis ei vai sivottavakse, no i kuolemah Jerusalimas Ižändän Iisusan nimen täh.» | 13Но Павел в ответ сказал: что вы делаете? что плачете и сокрушаете сердце мое? я не только хочу быть узником, но готов умереть в Иерусалиме за имя Господа Иисуса. |
| 14Ku Puavil ei kuunnelluh meijän sanua, myö heitimmö kielländän da sanoimmo: «Roikkah muga, kui tahtou Taivahalline.» | 14Когда же мы не могли уговорить его, то успокоились, сказав: да будет воля Господня! |
| 15Jälles nämii päivii myö kerävyimmö matkah i lähtimmö Jerusalimah. | 15После сих дней, приготовившись, пошли мы в Иерусалим. |
| 16Meijänke lähtiettih erähät opastujat Kesariespäi. Hyö tuodih meidy kipralazen Mnasonan taloih, kunne myö azetuimmo elämäh. Mnason oli yksi ammuzis opastujis. | 16С нами шли и некоторые ученики из Кесарии, провожая нас к некоему давнему ученику, Мнасону Кипрянину, у которого можно было бы нам жить. |
| 17Konzu myö tulimmo Jerusalimah, sie uskovellet vastattih meidy hyväl mielel. | 17По прибытии нашем в Иерусалим братия радушно приняли нас. |
| 18Tossupiänny Puavil lähti meijänke Juakoin luo, i kai uskojien kanzukunnan vahnimat kerävyttih sinne. | 18На другой день Павел пришел с нами к Иакову; пришли и все пресвитеры. |
| 19Puavil azui heile tervehyön i tarkazeh saneli kai, midä Jumal on luadinuh Jumalua tundemattomile rahvahile hänen, Puavilan, ruavon kauti. | 19Приветствовав их, Павел рассказывал подробно, что сотворил Бог у язычников служением его. |
| 20Sen kuultuu vahnimat suuril sanoil ylendettih Jumalua, a iče sanottih Puavilale: «Velli, sinä tiijät, jevreilöis jo kymmenettuhandet ruvettih uskomah. Kaikin hyö tävvel väil ollah Moisein Zakonan puoleh. | 20Они же, выслушав, прославили Бога и сказали ему: видишь, брат, сколько тысяч уверовавших Иудеев, и все они ревнители закона. |
| 21Heile jo sanottih, buite sinä opastat Jumalua tundemattomien rahvahien keskes eläjii jevreilöi hylgiämäh Moisein Zakonan, da buite kiellät heidy ymbärileikkuamas omii lapsii da noudamas meijän eländytaboi. | 21А о тебе наслышались они, что ты всех Иудеев, живущих между язычниками, учишь отступлению от Моисея, говоря, чтобы они не обрезывали детей своих и не поступали по обычаям. |
| 22Ga midäbo sit? Tiettäväine, hyö kuultah sinun tulendas. | 22Итак что же? Верно соберется народ; ибо услышат, что ты пришел. |
| 23Ga sit rua muga, kui myö nygöi sinule sanommo. Meil on tiä n'elli miesty, kudamat annettih Jumalale pyhä sana. | 23Сделай же, что мы скажем тебе: есть у нас четыре человека, имеющие на себе обет. |
| 24Ota heidy, mene heijänke yhtes puhtastumah da maksa heis tuači, ku hyö voidas leikata tukat pal'l'ahakse. Sit kaikin nähtäh: paginat sinuh näh ollah tyhjät, a sinä ičegi riput Moisein Zakonas da elät sidä myö. | 24Взяв их, очистись с ними, и возьми на себя издержки на жертву за них, чтобы остригли себе голову, и узнают все, что слышанное ими о тебе несправедливо, но что и сам ты продолжаешь соблюдать закон. |
| 25A uskomah ruvennuzile, kudamat ollah Jumalua tundemattomis rahvahispäi, myö kirjutimmo omat mielet: heil ei sua syvvä valehjumaloile tuoduu, i ei sua syvvä verdy eigo lihua, kudamas ei ole piästetty veri, da ei sua karrata.» | 25А об уверовавших язычниках мы писали, положив, чтобы они ничего такого не наблюдали, а только хранили себя от идоложертвенного, от крови, от удавленины и от блуда. |
| 26Puavil otti kerale net miehet i tossupiänny lähti yhtes heijänke puhtastumah. Tämän jälgeh meni jumalankodih i sanoi sie, konzu lopeh heijän puhtastunduaigu i konzu heis jogahizes tuvvah žertvu. | 26Тогда Павел, взяв тех мужей и очистившись с ними, в следующий день вошел в храм и объявил окончание дней очищения, когда должно быть принесено за каждого из них приношение. |
| 27Konzu net seiččie puhtastundupäiviä oldih menemäs loppuh, erähät Aaziespäi tulluot jevreit nähtih Puavilua jumalankois. Hyö allettih kuhkuttua rahvastu, kuovattih Puavil da | 27Когда же семь дней оканчивались, тогда Асийские Иудеи, увидев его в храме, возмутили весь народ и наложили на него руки, |
| 28ruvettih kirgumah: «Izrail'alazet! Avvutakkua! Tämä on se mies, kudai kaikkiel levittäy omii opastandoi da pagizou meijän rahvastu vastah, Moisein Zakonua vastah i tädä kohtua vastah. Ližäkse häi vie toi jumalankodih gretsieläzii da paganoitti tämän pyhän kohtan.» | 28крича: мужи Израильские, помогите! этот человек всех повсюду учит против народа и закона и места сего; притом и Еллинов ввел в храм и осквернил святое место сие. |
| 29Hyö, näit, enne sidä oli nähty linnas efesalastu Trofimua Puavilanke, i smietittih, Puavil toi händy jumalankodih. | 29Ибо перед тем они видели с ним в городе Трофима Ефесянина и думали, что Павел его ввел в храм. |
| 30Kogo linnu rubei kiehumah, i rahvastu juoksi yhteh kohtah. Rahvasjoukko otti Puavilua kiini, ribaitti iäre jumalankoispäi, i kerras sen veriät salvattih. | 30Весь город пришел в движение, и сделалось стечение народа; и, схватив Павла, повлекли его вон из храма, и тотчас заперты были двери. |
| 31Rahvasjoukko jo tahtoi tappua Puavilua, no sil aigua Riiman kogortan piälliköle tuodih viesti: kogo Jerusalim kuohuu. | 31Когда же они хотели убить его, до тысяченачальника полка дошла весть, что весь Иерусалим возмутился. |
| 32Häi kerras otti kerale saldattoi da suanpiällikkölöi, da yrrästih sinne. Piällikön da saldatoin nähtyy rahvas heitettih Puavilan lyöndy. | 32Он, тотчас взяв воинов и сотников, устремился на них; они же, увидев тысяченачальника и воинов, перестали бить Павла. |
| 33Piällikkö tuli lähembäkse, otti Puavilua kiini i käski panna kaksih čieppilöih. Häi kyzyi, ken tämä on da midä häi ruadoi. | 33Тогда тысяченачальник, приблизившись, взял его и велел сковать двумя цепями, и спрашивал: кто он, и что сделал. |
| 34Yhtet rahvasjoukos kirruttih yhty, toizet tostu, a ku nengomas hälys piällikkö ei voinnuh ellendiä nimidä, sit käski vediä Puavilua kazarmah. | 34В народе одни кричали одно, а другие другое. Он же, не могши по причине смятения узнать ничего верного, повелел вести его в крепость. |
| 35Konzu Puavil piäzi pordahih suate, saldatoil pidi kandua händy käzil rahvahan vägivallan täh. | 35Когда же он был на лестнице, то воинам пришлось нести его по причине стеснения от народа, |
| 36Suuri joukko rahvastu, näit, tuli jälles da kirgui: «Surmu hänele!» | 36ибо множество народа следовало и кричало: смерть ему! |
| 37Konzu Puavilua oldih jo viettämäs kazarman sydämeh, häi kyzyi piälliköl: «Voibigo midä sanuo sinule?» A piällikkö sanoi: «Sinä maltat paista gretsiekse! | 37При входе в крепость Павел сказал тысяченачальнику: можно ли мне сказать тебе нечто? А тот сказал: ты знаешь по-гречески? |
| 38Etgo sit sinä ole se jegiptalaine, kudai ei ammui nouzi valdua vastah da vedi ičelleh jälles tyhjäh muah n'ellituhattu rozvuo?» | 38Так не ты ли тот Египтянин, который перед сими днями произвел возмущение и вывел в пустыню четыре тысячи человек разбойников? |
| 39Puavil sanoi: «Minä olen jevrei Kilikien muan Tarsan linnaspäi, kuulužan linnan ristikanzu. Ole moine hyvä, anna minule sanuo täs rahvahale.» | 39Павел же сказал: я Иудеянин, Тарсянин, гражданин небезызвестного Киликийского города; прошу тебя, позволь мне говорить к народу. |
| 40Ku Puavil sai vallan sanuo, häi pordahil seizojen nosti käin, ku kai hillettäs. Konzu kaikin vaikastuttih, häi rubei pagizemah jevrein kielel: | 40Когда же тот позволил, Павел, стоя на лестнице, дал знак рукою народу; и, когда сделалось глубокое молчание, начал говорить на еврейском языке так: |
*a 21:8 Kačo lugu 6:1-5.
Глава 21